butina (butina) wrote,
butina
butina

Categories:

Национализация мнимая и реальная

Плохие парни любят называть свои плохие дела хорошими словами. Так, например, геноцид целых народов нацисты называли «расовой гигиеной», но мы же не называем геноцид «гигиеной»?

То, что под «национализацией» сегодня понимается то, что понимается – является лишь досадным недоразумением крайне низкой экономической культуры населения и недоразвитости самой экономической науки. Как следует из самого понятия, «национализация» предполагает передачу в общую собственность нации определённых благ. Нация вовсе не ограничивается бюрократами и пустобрёхами, хотя сейчас под «национализацией» подразумевается почему-то передача собственности именно в их исключительное распоряжение. Хотя в реальности, если рассудить логически, «национализацией» должен считаться обратный процесс безвозмездной передачи государственной собственности всем гражданам страны в равной мере.

В эпоху появления понятия и практики "национализации" не было технических возможностей обеспечить электронные базы и акционирование в таких масштабх, были огромные не подтвердившиеся идеалистические иллюзии в отношении "командно-административной экономики", да и население всё ещё оставалось травмировано фактически рабовладельческим периодом крепостничества и дворянских привилегий, после которых собственность тех времён обладала крайне малой легитимностью в глазах населения. С тех пор палку перегнули в ином направлении, поэтому и национализацию актуально переосмысливать. Сегодня даже "левые" это всё больше понимают и теперь мало кто из их интеллектуалов предлагает всерьёз наступать на старые грабли госкапитализма, но всё ещё игнорируя понятие "народого капитализма" сходного до степени смешения с понятием "социализм", органически синтезируя левый и правый дискурсы в политике. 

Вот, например, «Газпром», который, если уж является «национальным достоянием», то должен напрямую принадлежать нации – всем гражданам РФ. Т.е. доля госсобственности в нём должна быть разделена на равное количество акций в соответствии с количеством граждан России и передана им в полную собственность. Государству сейчас принадлежит, по меньшей мере, 50% акций этой корпорации. За прошлый год она выплатила своим акционерам дивидендов на 200 млрд. рублей, значит 100 млрд. р. можно было бы получить только с «Газпрома» напрямую гражданам страны, или по 700 рублей на человека в год. Если учесть, что налогов эта компания государству заплатила в 2010 году более 730 млрд. рублей и при схеме реальной национализации в федеральных и региональных налогах необходимость, по крайней мере в данном случае, отпадает, то почти все эти деньги можно было бы напрямую направить в прибыль компании и в дивиденды, а сумма бы могла получиться много больше, не говоря уже о том, что сегодня эффективность этой госкорпорации и щедрость её в начислении дивидендов оставляют желать лучшего, а общая её чистая прибыль за прошлый год была 1,3 трлн. рублей. Т.е. потенциальную прибыль акционеров можно смело умножать на 10 с учётом роста контроля за эффективностью компании, радикального снижения её налоговых издержек и т.д. Но это лишь одна из бескрайнего множества уже имеющихся и потенциальных "госкорпораций".

Аналогичная судьба должна, в общем-то, постичь все государственные активы в сырьевом секторе, да и не только в нём, ведь почему в отношении, например, РЖД, «Почты России», «Сбербанка», «Ростехнологий» и прочих гигантов созданной ещё при СССР всем советским народом собственности должны быть исключения? Исключения для госсобственности здесь нигде не актуальны. Ведь даже государственные ВУЗы, медицинские и научные центры, картинный фонд и СМИ с театрами целесообразно преобразовать в соответствующие отраслевые госкорпорации которые вполне можно также национализировать и которые могут давать прибыль своим собственникам, ну или, по крайней мере, учитывать их интересы и предоставлять льготы при предоставлении услуг. Пусть специфика и наложит на них высокую степень автономии местных подразделений, или преимущественную сдачу в аренду и перепродажу своих активов. Но уже в пользу населения, а не того дяди который являясь неэффективным временщиком нашего национального имущества умудряется ещё выторговывать себе дополнительные привилегии за то, что сцеживает нам с него какие-то крохи, да при этом во всю удушая население налогами. 

Технически, меры передачи госкорпораций 140 миллионам прямых собственников вполне реализуемы, также как, например, реализуемы процедуры общенациональных выборов. Для проведения в стране реальной национализации следует максимально возможно укрупнить объекты всей государственной собственности, соединив например, по заветам Сечина, госактивы в области нефтяной отрасли в одно единое предприятие-гигант, вроде «Газпрома». Аналогичная судьба укрупнения и преобразования в единые отраслевые госкорпорации может постичь государственный банковский сектор, культурно-исторический фонд, лесной и парковые фонды, территориальные воды и земли вдали от населённых пунктов (прежде всего нефтеносные районы русских океанических шельфов и Крайнего Севера), магистральный дорожный фонд, атомную и гидроэнергетику и так далее.

Сложно представить отрасль, которую нельзя было бы подвергнуть подобной процедуре концентрации и приватизации активов в эпоху, когда даже ЧВК активно вытесняют в современных военных конфликтах и обороне традиционные вооружённые формирования, а негосударственный арбитраж вытесняет привычные судебные системы. Напомню, что даже сегодня в России не существует судебной монополии и наряду с вертикалью государственных судов существуют легальные третейские суды и международные судебные инстанции, вроде Европейского суда по правам человека, активно вытесняя наш неповоротливый и неэффективный государственный суд с рынка подобных услуг. В мире просто нет такой государственной отрасли, которая бы в форме корпорации не могла бы существовать с лучшим успехом, тем более, что здесь речь идёт лишь о том, чтобы устранить лишние промежуточные звенья и вместо цепочки выборы-политики-чиновники-налоги-бюджет-субсидии, ограничиться прямой собственностью населения над разными проявлениями государственных функций. Если на общих выборах люди при этом не всегда избирают клинических идиотов, то тем более они не должны избирать таковых на узкоспециализированных предприятиях во время голосования акционеров, когда возможности для "популизма" будут минимальными.

И уже набор из нескольких десятков подобных консолидированных госкорпораций можно раздробить на 140 млн. акций, предложив гражданам забрать свою долю каждой из них по принципу «до востребования». Предложив им при предъявлении паспорта и помещении в единую централизованную электронную базу данных, оформить заявку на получение пакета этих акций бывшей государственной собственности «национальных достояний» и вручить её в течении фиксированного периода времени, например, до года, через ту же переходящую в прямую собственность населения «Почту России».

Разумеется, будут жулики и фальсификаторы, которых можно будет задним числом вычислить и аннулировать их сделки – в любом случае возможностей для коррупции и злоупотреблений в этом процессе будет много меньше, чем каждый день пока эти гигантские куски собственности лежат в тени цепкой и неэффективной бюрократической системы коллективной безответственности.

Будет и несколько десятков миллионов «молчунов», которые сидят в тюрьмах, лежат в психушках, пропали без вести, не выходят из запоя и т.д., которые просто не придут за своей долей акций «национальных достояний». Их доли акций могут быть после истечения определённого срока проданы с открытых торгов, а деньги переданы, например, в фонд образовательных кредитов для талантливой молодёжи из бедных семей, пойти на укрепление обороноспособности, золотого резерва, в теперь уже действительно общенациональном банке, помощь бедным старикам, сиротам и т.д.

Право отказаться по той же процедуре от своей доли государственной собственности должны получить все желающие, особенно из числа моралистов-антикапиталистов и состоятельных граждан, которые уже не бедствуют и хотели бы направить свою долю в помощь тем или иным нуждающимся группам, повышая таким образом долю дивидендов для оставшихся и ещё больше снижая социальное напряжение в обществе, укрепляя таким образом защищённость своих, уже имеющихся, капиталов. 

Возможно, следует в принудительном порядке реализовать подобную практику оттеснения от пирога общенациональной собственности в отношении осужденных по коррупционным и насильственным статьям. Аналогичные санкции уместны для лиц, получивших своё гражданство РФ незаконно, для лиц с двойным гражданством, лиц, не уплачивающих налоги, а также для лиц, признанных не вполне правомерно обогатившимися в период предыдущих, куда менее честных и правильных волн приватизации, которые таким образом уже получили свою долю государственной собственности, а без неё на последнем этапе приватизации с голоду не умрут.

Таким образом, целесообразно сначала заявить о соответствующей кампании по формированию перечня граждан в чью пользу происходит реальная национализация госсобственности, отбраковать и составить их закрытый список и уже на их количество делить акции государственных корпораций. Их будет явно меньше 142 млн. человек и именно они будут теми нуждающимися, для кого эта собственность будет особенно актуальна.

Будет ли для граждан России иметь какое-то значение получение подобного объёма акций? Безусловно, да. В частности, известно, что один лишь нефтегазовый сектор России обеспечивает более 50% федерального бюджета или более 4 трлн. рублей в год прибылей. Много это или мало, если разделить эту сумму на дивиденды от акций в этом секторе для 140 млн. человек (абсолютное большинство нефтегаза в России уже находится в госсобственности)? Один лишь этот сектор, таким образом, очень и очень ориентировочно, может давать напрямую каждому гражданину России порядка 30 тысяч рублей в год, или более 2-х тысяч рублей в месяц дивидендами. Это не мало, если учесть, что в каждой семье больше одного человека, и несовершеннолетние и пожилые люди тоже будут иметь свою долю национальной собственности. Средняя семья из 3-х человек будет только от нефтегазового сектора получать, по меньшей мере, 7 тысяч рублей в месяц, что для малоимущих, стариков и жителей села - очень серьёзные деньги. А поскольку государство, в сущности, и собирает налоги, прежде всего для помощи тем, для кого эти деньги – огромная сумма, то выплачивать им её напрямую с дивидендов акций было бы много более разумно и выгоднее получателям избавившимся от лишних посредников. Какие-то алкоголики сразу распродадут и пропьют свои доли акций, ну также они и с бюджетными пособиями поступают, поэтому мы здесь ничем не рискуем.

Если к этому добавить пенсионные, благотворительные и прочие социальные пособия, которые могут получать нуждающиеся из налогов и отчислений на местах, то жить можно совсем хорошо.

Особенно если учесть, что приватизированные таким образом госкорпорации смогут значительно быстрее очиститься от разъедающей их коррупции и привлечь на управление и преумножение активов, лучшие в мире менеджерские кадры. Ведь 140 миллионов заинтересованных миноритарных акционеров не позволят управлять такими активами какой-нибудь бездарности из числа ближних родственников и любовников высших чиновников.

Если к этому приплюсовать то, что страна, пошедшая по этому пути может при этом устранить инфляцию или даже обратить её вспять, чего не происходит сейчас из-за постоянных попыток государства не создать благоприятные условия для развития экономики, а повысить бюджетные расходы на прибавки к пенсиям и зарплатам, а также учитывая то, что буквально все налоги целесообразно собирать не на федеральном и региональном уровнях, а на местах, что радикально повысит их собираемость и адресную эффективность расходов, одновременно с тем позволив снизить налоговую нагрузку в условиях конкуренции множества разных налоговых режимов, то жить можно было бы совсем хорошо, буквально при коммунизме.

Что касается обязательных общенациональных расходов на армию, МЧС, правосудие, следствие и пр., которые в такой ситуации, кажется, что ни на что не проживут, если лишить государство одновременно доходов с госкорпораций и налоговых сборов с населения, то это тоже вредное заблуждение. Ведь местное самоуправление может и должно напрямую страховать себя в обязательном порядке от стихийных бедствий, военных угроз, эпидемий и преступлений, заключая с соответствующими ведомствами (которые, кстати, тоже могут прекрасно действовать в форме госкорпораций и подлежать реальной национализации) прямые договоры на оказание услуг по профилактике и нейтрализации соответствующих форс-мажорных угроз. Это будет не так уж дорого, если учесть, что только НДС на внутрироссийскую продукцию и услуги принёс в федеральную казну фактически столько же, сколько было потрачено на всю обороноспособность которую с тем же успехом можно было бы оплачивать в форме дифференцированного обязательного страхования коллективной безопасности из казны местных самоуправлений в пользу генерального штаба национальных вооружённых сил, минуя лишние бюрократические цепочки и позволяя быстрее налаживать системы безопасности с учётом не политических интриг, а концентрации населения и разворачивая ПРО не только над Москвой, но и над остальными налогоплательщиками.

Если бы эта схема уже была бы реализована в России во время летней засухи, пожаров и наводнения в Крымске, то как минимум, эти напасти были бы быстро устранены и компенсированы, а как максимум, коммерчески заинтересованные в профилактике форс-мажоров национальные корпорации были бы вынуждены предотвратить эти кризисные моменты, по крайней мере, сброс воды в дамбе и пожары. Ну или одного такого инцидента хватило бы для эффективного обучения остальных, тогда как в условиях первичности политики, а не прямой экономической целесообразности, уроки редко когда берутся и тем более в адекватной форме.

Мы сегодня не имеем перебоев с пищей и потребительскими товарами находящимися в условиях рыночной экономики, хотя в условиях «плановой» (управляемой популистами, а не предпринимателями) экономики даже с ними бывали катастрофические сбои, тогда как масса других, до сих пор подчинённых политикам, сегментов экономики, будь то безопасность, энергетика, дороги и т.д., переживают периодически большие и малые, постоянно повторяющиеся проблемы.

Отсюда возникает вполне логичный вопрос – а зачем вообще нужна монопольная государственная власть, если только не затем, чтобы организовать все эти процедуры и процессы и мирно самоустраниться, разойдясь работать в отраслевой бизнес, местную политику и международные организации? Думается именно это является реальным конечным результатом любого национально-освободительного движения, да и вообще эволюции института правового и демократического государства как такового, а попытки подсунуть сюда нечто иное – не более чем надувательство, пусть и не со зла или просто отказ от мыслительных функций, что является самым распространённым бедствием.

Собственно, такая перспектива преобразования всего государства в отраслевые госкорпорации и приватизация их в пользу граждан страны - это не только лучшее средство от проблем межнациональных отношений, которые сводятся к тому, что кто-то быстрее плодясь или приезжая в страну, получает её блага созданные другими народами, перетягивая одеяло ограниченных бюджетных ресурсов на себя, но и чёткий способ проверить цену риторики о демократии, правах человека, социальной ответственности и рыночной экономике. Ведь любое последовательное доведение этих идей до логического конца, приводит к тому, что следует буквально передавать всю власть и собственность народу, но не в абстрактных утопических обещаниях, а буквально и технически реализуемо на практике. 

При этом, с точки зрения консерватизма и оценки рисков, вероятность избрания на популистских выборах сумасшедшего президента который угробит всю страну – значительно выше, нежели прохождение множества подобных фигур в единоличное управление каждой отдельно взятой национальной корпорацией на выборах среди акционеров с последующими фатальными последствиями для всего общества.

Окончание эпохи существования института государственной монополии посредством её полного растворения в специализированных вертикально интегрированных отраслевых корпорациях и горизонтальных муниципальных сообществах – это не просто продукт каких-то идеологизированных абстрактных умопостроений, а скорее историческая неизбежность, результат футурологического прогноза, такого же, какой в своё время предсказывал появление ракет, подводных лодок, роботов, лазеров и т.д. Будет скорее странно, если этот прогноз не реализуется, а в условиях нарастающего кризиса развитых обществ и формируемой ими стагнирующей экономической модели, он просто безальтернативен, благо все механизмы и теоретические обоснования для нового скачка институциональной эволюции общества уже есть, осталось просто узнать о них критически значимой части населения.

И эти идеи, в отличие куда менее доступных и более абстрактных идей "свободы", "рыночной экономики" и "прав человека", совершенно просты, понятны, объясняются даже на пальцах и вряд ли встретят сколько-то существенное непонимание и противостояние со стороны широких масс населения, а значит и политики будут вынуждены их принять со временем. Очень хотелось, бы, чтобы различные либертарианцы, анкапы, либералы и прочие сторонники всяческой эмансипации, особенно чётко эту мысль для себя уяснили, иначе они так и будут оставаться на маргинальных задворках истории, тогда как именно эта "крестообразная концепция" "национализации" государства в пользу горизонтальных местных самоуправлений и вертикальных отраслевых корпораций, может пройти по массовому сознанию, как нож по маслу, и овладеть им не хуже, чем идеи коммунизма и народовластия в своё время. 
Tags: Россия, госсобственность, национализация, национально-освободительное движение, приватизация, футурология, экономика
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 5 comments