butina (butina) wrote,
butina
butina

Белая ворона классической экономики

quote.rbc.ru

Китай динамично растет на фоне вялости глобальной экономики

В пятницу, 7 декабря, вышли смелые данные по промпроизводству Китая. Рост промышленного производства в Китае в ноябре 2012г. достиг восьмимесячного максимума и составил 10,1% по сравнению с аналогичным показателем годом ранее, говорится в материалах Национального статистического бюро КНР. Аналитики ... Читать далее

Напомню, что феноменальные успехи Китая, в несвойственное для этого время кризисной современности, объясняются несколькими простыми фактами. С одной стороны, эта страна по "индексу экономической свободы" находится на несколько пунктов выше России, там низкая бюрократия и относительно эффективная государственная элита. При этом, основная заслуга этой элиты в том, что ей удаётся умерять свои аппетиты в условиях отсутствия краткосрочного демократического популизма.

Поэтому, деспотии частенько оказываются эффективней демократий на краткосрочных дистанциях, пока элиты не деградируют и не замыкаются на себе, а демократические режимы не вырабатывают эффективных методов конкуренции с ними, сменив несколько провалившихся элит и периодически их обновляя, не давая застояться и выродиться во впавшую в маразм партноменклатуру. Маленькие государства учатся делать это быстрее, поскольку возможности пускать пыль в глаза и тупо перераспределять ресурсы у них меньше, скорость между стимулом и адекватной реакцией выше. Централизация власти и деспотия спасается теми же методами, за счёт единоначалия, фактически используя то же перимущество и сокращая лишних паразитов в процессе принятия решений, в виде различных князьков и бюрократов, но с повышенными рисками к роковым ошибками губящим всю страну.

Здесь, наиболее наглядным примером будет Гитлер, добившийся своей деспотией кратковременного повышения эффективности своего государства и устранив массу лишних промежутков в процессе принятия решений, но заведя не только другие, но и свой народ в разорение и истребление мировой войны - ситуацию невозможную, если бы лишние промежутки между словом и делом устранялись путём передачи полномочий и отвественности на места, а не в центр, что даже теории национального социализма не противоречит. На местах, даже самые отмороженные антисемиты,уразумели бы или нашли полезность для местных сообществ со стороны цыган, славян, евреев, гомосексуалистов и инвалидов, или, в худшем случае, просто обошлись их высылкой из города, если жить с ними им совсем не в моготу - это явно лучше для всех сторон, чем погромы, концлагеря и геноцид. Такая проблема, кстати, весьма актуальная и в современной России, на фоне зачастую переходящих критическую черту противоречий общества с мигрантами, религиозными и половыми меньшинствами. Сейчас, перед нами, в сущности, та же вариантивность стоит и мантры о долге быть толерантными лишь разжигает рознь и страсти. К толерантности местные сообщества сами осмысленно приходят, когда борются за свою конкурентоспособность и привлечение туристов и инвесторов. Для этого им нужно дать достаточный уровень самоуправления и ответственности, а не пытаться принудительно подменять причины и следствия, ставить телегу впереди лошади и думать, что если сажать людей за экстремизм, то экстремистские настроения исчезнут. Напротив, любую идею укрепляют мученники, а вот если городские и сельские сообщества сами будут решать кого пускать в свой город, какие храмы и церки строить, каким группам инвалидов давать пособия, какие браки регистрировать и т.д., то проблема сама собой рассосётся и достаточно высокоразвитые муниципалитеты будут вынуждены идти на усложнение своего общества и это является их внутренним и глубоко интимным вопросом, который не касается общенациональной политики. 

По этой же закономерности Вы не найдёте ни одного нищего города-государства, все они сумели встроится в мировую экономику. Тогда как большие централизованные государства могут десятилетиями деградировать и затыкать дыры, удушая то один, то другой сегмент экономики. Большие страны спасаются децентрализацией или деспотией, которая даёт положительные результаты в краткосрочной перспективе, оборачиваясь своей противоположностью на длинных дистанциях.

Поэтому Вы не найдете ни одной более-менее успешной и крупной страны, которая бы при этом не была, либо не демократической (как современный Китай или ранний СССР, особенно в период НЭПа или поздняя Российская империя), либо реально федеративной, а то и конфедеративной. Разумеется, блага деспотии и самоуправления зачастую перемешиваются, как это наблюдалось в той же Российской империи с сильными земствами и компактной центральной властью специализировавшейся на внешней экспансии и удержании собственной власти. В современном мире это переплетение вертикальных и горизонтальных социальных аспектов организации выражено в своих чистых формах автономного корпоративного произвола и местного самоуправления. Успех демократий Швейцарии, Бразилии, Германии, Великобритании, США и даже Японии, где существует крайне высокая автономия префектур и муниципалитетов, именно в их децентрализации респределения ресурсов. Роковой ошибкой современной популярной политологии является приписывание их заслуг лишь демократическим процедурам, без рассмотрения ключевого вопроса их огромной децентрализации, которую в России даже сложно представить. Только представьте, в Швейцарии институт общенационального гражданства возникает лишь из местного гражданства, в Великобритании полиция подчинена муниципалитетам и не существует единой системы ГИБДД, а в США, вообще, до 80-х годов прошлого века не было центрального министерства образования, ФБР была создана лишь менее века назад, а единого полицейского ведомства или хотя бы МВД нет до сих пор. Проблемы развитых стран наблюдаются там, где существует не децентрализация, а именно концентрация полномочий в руках центральной власти, что особенно чётко проявляется в кризисе социальной политики, экономики, миграции, пенсионной системы и пр., хотя нет внятных аргументов, почему эти аспекты так или иначе не могут находиться в компетенции местного самоуправления. 

Если доля государства в экономике развитых стран находится на уровне 40-60% от ВВП, то в Китае этот показатель не более 25%. Эти излишки материальных ресурсов, по меньшей мере в двое большие, чем в странах-конкурентах, оборачиваясь в частном секторе позволяют не закапывать их в новые неэффективные бюрократические прожекты для скорейшего переизбрания и роспила, а ответственно инвестировать их в новые производства, приумножать капиталы, за счёт этого общество богатеет значительно быстрее, чем в других странах.

Эта закономерность не зависит от стартового уровня материального благополучия населения, просто, если в странах с показателем ВВП на душу населения в несколько тысяч долларов акцент развития делается на грязных производствах, добыче ресурсов и дешёвой рабочей силе, то в более высокоразвитых обществах, тех же, а то и больших темпов роста можно добиться за счёт инновационных и прорывных производств и бума в сфере обслуживания. Но развиваться с теми же темпами, что и в Китае, они сегодня в развитых странах не могут, просто потому, что политики не оставляют для этого достаточных свободных капиталов, которые вместо этого аккумулируются для их переизбрания и политической борьбы, но не для развития страны, ведь пока они выдоят на федеральном и региональных уровнях свою экономику, проблемы придётся разгребать уже их потомкам. Сейчас президент США может переизбраться раздув национальный бюджет на социальные расходы, а завтра национальная экономика и благосостояние будут подорваны выплатой долгов или дефолтом, хотя на уровне муниципального самоуправления те же социальные программы были бы возможны и уместны, но прежде всего за счёт более адресного и точечного подхода и меньших непродуктивных издержек. Местные работодатели скорее будут платить на них налоги, понимая что их издержки повышают благополучие своего же района, комфорт и мотивацию их работников, тогда как отправлять ресурсы неизвестным и враждебным дикарям из далёких трущёб на новую порцию героина, налогоплательщики закономерно не желают и переводят свои производства  и капиталы в страны с болеее комфортной налоговой и административной средой, хотя проявлять социальное участие они может быть и были бы рады, но более ответственно и эффективно. 

Демократия свойственная развитым странам - не зло, более того, на определённом уровне благополучия она просто неизбежность и даже развитые до определённой степени жители нефтеносных районов Аравии однажды потребуют равноправия и политического участия, как это уже наблюдается в тенденциях "арабской весны", как бы их при этом не заливали нефтедолларами.

Передача бюджетных функций и полномочий на места позволит в условиях демократической сменяемости и политической конкуренции создать между городами и сёлами даже в пределах одной страны динамичную конкуренцию различных налоговых и административных зон, заставляя местных политиков постоянно улучшать инвестиционную привлекательность своего региона, в результате чего, такое общество сможет даже с современным Китаем успешно конкурировать, окружив его тысячами Гонконгов и Сингапуров и перетянув в них даже китайские ресурсы. Задача общенационального правительства на этом фоне - лишь обеспечить силовое, ядерное и дипломатическое прикрытие подобной конфедерации самоуправлений, единство и жизнеспособность транспортной и судебной инфраструктуры, чья зависимость от чиновников, впрочем, тоже сильно переоцениваются. 

В этом отношении демократизация - не проблема, но преимущество политических режимов, однако важно отделить мух от котлет и понять, где заканчивается реальная демократия и начинается манипуляция сознанием и коррупция в аппаратных интересах. Именно с целью концентрации и узурпации власти в своё время огромные объёмы полномочий были перемещены с местного на общенациональный уровень или созданы там с нуля, чтобы удержать стальную хватку верховной власти ещё в эпоху монархий и гражданских войн. В условиях господства демократии и прав человека логично было бы эти полномочия вернуть и передать на места, а препятствование этому процессу чётко выявит ту грань, где за благовидной риторикой проступает банальное стремление сохранить полноту личной власти противоречащей национальным интересам. 

Это очень важная мысль для понимания, особенно в среде либеральной и либертарианской общественности, которая любит критиковать высокие государственные расходы и бюджетную социалку, на почве чего люди загоняют себя в маргинальность и общественное непонимание. Дискуссия о размере налогов и бюджетных расходов на федеральном уровне лишена смысла, и коммунисты и либералы могут и должны объединиться для того чтобы потребовать передавать налоги и государственные обязательства с федерального на местный уровень.

Собственно все налоги и социальные функции государства, которые можно исполнять на местах, должны стать исключительной компетенцией местного самоуправления. А это почти всё, за исключением, разве что, пограничных экспортных пошлин с природных ресурсов и содержания образовательных и медицинских центров федерального масштаба и узкой специализации, хотя и для них существуют много более эффективные формы участия, в виде страховых программ и льготного кредитования вместо прямых и коррупциогенных федеральных бюджетных обязательств. Вместо дополнительных бюджетных трат на образование и здравоохранение, государственный Сбербанк может просто проводить программы льготного кредитования для соответствующих прогрмамм муниципального уровня, что, кстати, даёт полноту контроля качества услуг, вместо систем государственного лицензирования и унифицированных программ и стандартов парализующих развитие отраслей. Даже территории Крайнего Севера могут обеспечить прекрасный уровень социального обеспечения, если бюджетные поступления с налога на добычу полезных ископаемых будут идти в местные бюджеты. Территории, которые не могут себе позволить исполнять бюджетные обязательства, несмотря на передачу почти всех налоговых функций, могут присоединяться к более богатым муниципалитетам или получать адресные льготные кредиты от национального правительства, благо прибылей от экспортных пошлин и нефтегазовых госкопрораций на это и поддержание безопасности более чем хватит, ведь современный бюджет России более чем на 50% сидит на углеводородных прибылях. Сегодня они просто неэффективно перераспределяются и разворовываются, а специализация функций с радикальным ростом местного самоуправления может решить эти проблемы, что является общим местом для представителей всех идеологических лагерей в стране.

Собственно, на этом фоне дискуссия между капиталистами и социалистами, либералами и националистами, и прочие холивары лишены всякого смысла. Вопрос должен ставится лишь о том как именно те или иные федеральные и региональные полномочия следует передать на местный уровень - вряд ли кто-то в здравом уме сможет противопоставить что-то подобной постановке вопроса, тогда как общественные расколы по частным идеологическим вопросам в этом контексте являются лишь замыливанием реальных проблем и оторванным от реальности сектанством.

Лозунг компартии "вся власть и собственность народу" на этом фоне прекасно совмещается с риторикой самых радикальных либералов и спорить людям просто не с чем, особенно если при этом рассматривать госкорпорации как объект приватизации не со стороны неизвестных третьих лиц, а в контексте безвозмездной и равной передачи государственной доли их акций в собственность граждан, после чего одновременно наступит и чистый коммунизм, демократизм, капитализм, социализм, либерализм, национализм и что угодно ещё, а баталии между этими -измами являются на этом фоне глубочайшим атавизмом потерявшим в XXI веке всякую актуальность. 
Tags: Китай, Россия, история, местное самоуправление, страноведение, футурология, экономика
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 6 comments