butina (butina) wrote,
butina
butina

Category:

Адекватный патернализм или социализм с человеческим лицом

Люди всегда пытались осмыслить и классифицировать явления окружающей их действительности, зачастую очень её упрощая. Со времен появления у человечества зачатков рассудочной деятельности, до сегодняшнего дня, и, видимо, ещё на длительные времена в будущем, люди находятся в плену различных иллюзий.

В конечном итоге любые подобные иллюзии и самообман вредны. Ведь, даже иррациональная влюблённость перерастает в личном самовосприятии в оторванное от реальности самолюбование, а в отношении окружающих, либо в тиранию, либо в подобострастие. Тогда как такие, вроде бы, благородные явления, как патриотизм и воинский энтузиазм, без своей прагматической базы, развязывают бессмысленные войны и конфликты, приводят к отрицанию мирового опыта, повторяя чужие, уже сделанные ошибки и игнорируя успехи, которые бы можно было заимствовать.

В масштабах всего общества, сохранение иллюзий оборачивается отказом от рационального осознания явлений, от научно-технического и институционального прогресса, торможением развития.

Не обошло это бедствие даже самые прогрессивные умы, среди которых есть определённая порочная и совершенно ошибочная мода на критику, в сущности синонимов, - патернализма  и социализма – иными словами, критику политики благотворительности и социального попечения в обществе. Патернализм многими воспринимается как ругательство. Поддался на эти заблуждения даже такой сторонник модернизации страны, как, тогда ещё президент, Дмитрий Медведев, негативно оценивая патерналистские настроения, царящие в обществе, и которые, якобы, виноваты во многих российских бедах в своей знаковой статье «Россия, вперёд!».

«Широко распространённые в обществе патерналистские настроения. Уверенность в том, что все проблемы должно решать государство. Либо кто-то ещё, но только не каждый на своём месте. Желание «делать себя», достигать шаг за шагом личных успехов не является нашей национальной привычкой. Отсюда безынициативность, дефицит новых идей, нерешённые вопросы, низкое качество общественной дискуссии, в том числе и критических выступлений. Общественное согласие и поддержка обычно выражаются молчанием. Возражения очень часто бывают эмоциональными, хлёсткими, но при этом поверхностными и безответственными. Что ж, и с этими явлениями Россия знакома не первые сто лет»

Понять экс-президента можно, ведь обвинение в бедах страны неких врождённых пороков человеческого материала в России, позволяет уйти от ряда очень неприятных для правительства вопросов. Например, о том, почему за годы существующей власти так и не было запущено «экономическое чудо», а темпы развития страны более чем посредственные, располагаясь за 2011 год на 13-м месте из 15-ти стран бывшего СССР или 87-м месте в общемировом рейтинге.

Зачем в то же болото лезут люди без профессиональной деформации, но способные мыслить самостоятельно, не очень понятно. Ведь мало того, что обвинения в провоцировании тех или иных бед  патернализмом не соответствуют действительности, но и сами подобные заявления откровенно политически самоубийственны в обществе, где большая часть населения, так или иначе, склонна к этому патернализму. Что вообще-то логично и неизбежно, ведь люди по своей природе не равны, среди них неизбежно выделяются ведущие, ведомые и совсем овощи, с каждым из которых, для каких-то осмысленных действий, приходится возиться по отдельности. Если бы этого не было, то самого понятия «управления» и «лидерства» бы не возникло, народы состояли из сплошных конунгов и академиков и в иерархические системы не выстраивались, что невозможно, хотя бы потому, что всегда будут более зависимые группы лиц – малолетние, престарелые, нетрудоспособные инвалиды, находящиеся в коме и т.д. В их отношении политика социальной опеки просто неизбежна и бичевать ее, по меньшей мере, глупо.

А в России, с нашей богатой историей крепостничества, тоталитаризма, «шоковых реформ» Гайдара-Ельцина и т.д., можно львиную долю всего населения записывать в душевные инвалиды с исковерканным сознанием и мировосприятием. Не вполне по их, кстати, вине. Понять их можно, а помогать нужно, хотя бы потому, что иначе они возведут к власти нового тирана-полулиста. 

Следует чётко понимать, что само понятие «патернализма» включает в себя лишь отношения покровительства и опеки, пресловутое, «социально ориентированное и ответственное действие», хотя содержание туда вносится сугубо произвольно, исходя из различных представлений о наиболее желательном механизме подобной опеки. Идея большого государства, высоких налогов и огромной бюрократии, в конечном итоге, не только не неизбежно вытекает из этой идеи, но и прямо ей противостоит.

Ведь известно, что частная благотворительность является значительно более эффективным механизмом, чем прямые государственные субсидии, а отношения патернализма в частных компаниях, с различными системами льгот, дополнительных выплат, помощи и опеки работников работодателями, ничем не хуже тех же усилий государства. На практике, подобный, частный, негосударственный патернализм, по определению лучше и эффективней, хотя бы потому, что в перемещении ресурсов от донора к получателю, нет лишнего коррумпированного звена в виде чиновников.

При этом, политика прямых субсидий нуждающимся в них группам, по определению лучше, чем субсидии привилегированных поставщиков тех или иных социальных услуг, а политика создания благоприятных условий жизни для наименее защищенных групп населения – эффективней, чем прямые дотации этому населению.

Социально ответственная и патерналистская политика государства в этом контексте должна быть просто поставлена с головы на ноги.

Действиями первого порядка должно стать институциональное, опосредованное создание благоприятных условий для улучшения жизни населения, прежде всего его беднейшей части. Среда должна им благоволить без всяких дополнительных бюджетных расходов.

В этом контексте, куда разумнее, чем выплачивать подачки населению по индексации пенсий и пособий, просто проводить жёсткую финансовую политику остановки инфляции, догнать которую пытаются постоянным ростом бюджетных расходов. Важно понимать, что именно инфляция, бьет в первую очередь по бедным слоям населения, так как основные ресурсы богатых защищены от инфляции в активах, устойчивой иностранной валюте и т.д.

Простая мера возвращения к золотому стандарту национальной валюты, хотя и не соответствует современной спекулятивной моде на деньги из воздуха, но гарантирует практически нулевой уровень обесценивания национальной валюты. Или даже планомерное снижение цен в экономике, что вообще-то является единственным возможным устойчивым направлением движения цен при стабильной валюте, на фоне роста производительных сил и ценовой конкуренции.

Неспроста самый большой золотой запас в истории России был накоплен именно при Сталине, который этой мерой достаточно удачно компенсировал недостатки командно-административной экономики.

Проблема дефицита денежной массы и кредитных ресурсов, в открытой экономике XXI века, при этом, решается просто за счёт отказа от монополии одной денежной системы в стране и легализацией уже присутствующей и активно ходящей по стране иностранной валюты. Наличие золотого стандарта рубля при этом гарантирует, что единая национальная валюта сохранит свою значимость и востребованность несмотря на жёсткую конкуренцию с другими валютами. 

Другим проявлением ответственной, патерналистской/социальной политики правительства этого первичного уровня, является мораторий на низкоквалифицированную трудовую миграцию в страну из вне. Этот шаг автоматически означает резкий рост зарплат в тех секторах экономики, рынок труда в которых сегодня размывается демпингом дешёвой иностранной рабочей силы. В этих условиях уровень зарплат человека труда сразу станет куда более существенным, активизируется внутренняя трудовая миграция, повысится лояльность и заинтересованность населения к буржуазии и созданию новых рабочих мест в стране. Сегодня, для простого гражданина, риторика развития бизнеса и создания новых предприятий - пустой звук, поскольку он не без оснований опасается, что зарплаты на этих предприятиях будут получать преимущественно иностранцы. В ином случае временная безработица с массовыми увольнениями на отдельных предприятиях будут не страшны. Одна такая мера может заменить собой все усилия правительства по пути искусственного поддержания жизни моногородов и субсидий олигархам загибающимся предприятиям, увольнения на которых сегодня, не без оснований, воспринимают как огромную угрозу политической и социальной стабильности в стране.

Нужно закрыть границы для «гастарбайтеров» до тех пор, пока общество не станет достаточно богатым и сплочённым на местах, чтобы самому нуждаться в таковых и пока обычные заводские рабочие и строители не будут иметь потребности в прислуге. А массовый приток таковой из-за рубежа перестанет угрожать суверенитету и стабильности страны. Впрочем, к тому моменту потребность в дешёвой рабочей силе, скорее всего, будет с лихвой удовлетворяться робототехникой и клонированием, поэтому в те светлые времена открытие границ для неквалифицированной миграции будет простым устранением лишней бюрократической формальности. А пока в стране должен быть введен и чётко исполняться простой принцип - за исключением Евразийского союза - односторонний жёсткий визовый режим со всеми странами, где уровень ВВП ниже чем в России на душу населения. В отношении стран сходного уровня жизни и более благополучных, такая мера, конечно же, лишена смысла. 

Третьим, и в общем-то исчерпывающим не бюджетным, а фундаментальным проявлением адекватной патерналистской политики, будет переход к политике всемерного поощрения частной благотворительности. Для чего достаточно устранить административные барьеры для благотворительной деятельности (сегодня функционирование некоммерческих организаций сопряжено со значительными бюрократическими препонами и издержками их регистрации и отчётности) и ввести значимые налоговые вычеты для доноров негосударственной благотворительности.

Предприятие или индивидуальный благотворитель, помогающие какому детскому дому, музею или дому престарелых, фактически берут на себя часть государственных обязательств, на выполнение которых государство выбивает с подданных налоги. А если эти поданные напрямую тратят деньги на нынешние функции государственной опеки, значит, они не только не должны с этих сумм уплачивать налоги, но и вообще могут меньше платить в государственный бюджет.

В США система налоговых вычетов на сумму до 10% от налогооблагаемой базы реализована. В России, таким образом, налоги можно сократить не более чем на 25% от налогооблагаемого дохода лишь для физических лиц. Между 1995 и 2002 годами аналогичная норма с потолком в 5% действовала в отношении компаний, но впоследствии была отменена. Сейчас Минэкономразвития добивается её возвращения в размерах 10%, однако в конечном итоге и этого мало.

Если государство собирает налоги на реализацию определённых социальных обязательств, то беря на себя их напрямую, частники должны и в соответствующей пропорции меньше налогов платить. В США доля социальных расходов в федеральном бюджете составляет порядка 70%. В России около 30%. Следовательно, это означает, что и налоговые вычеты для благотворителей должны быть не по 10%, а, по меньшей мере, 70 и 30%, соответственно. Ведь зачем платить дважды и перекладывать те же благотворительные деньги в карманы чиновников, которые в лучшем случае, отщипнут от них часть на административные расходы, а в худшем случае часть разворуют, а часть закопают в каких-то совершенно неэффективных направлениях? Это при том, что прямые налоги на доходы физических и юридических лиц в России составляют лишь ничтожную долю от основной массы косвенных налогов и сборов, вроде НДС, но к ним мы тоже вернёмся. 

При этом налоговые вычеты на внутринациональную благотворительность должны касаться всех форм адресных налогов, включая даже, например, налоги с нефтяных экспортирующих корпораций, игорного бизнеса или налог с земли. Задача общенационального правительства в этом ключе лишь в том, чтобы обязать реализовывать эту налоговую политику все уровни бюджетов, включая муниципальные. 

Не столь фундаментальным, но тоже важным направлением патернализма, является, собственно, бюджетное измерение социальной политики, которое предполагает прямые расходы правительства на те или иные социальные нужды. Такие расходы тоже могут быть, и ничего плохого в этом нет, если не несколько принципиальных «Но».

Прежде всего, подобные расходы должны напрямую субсидировать нуждающихся, а не ту или иную бюрократию и олигархию. В этом контексте, например, если правительство озаботилось возможностью бедных людей перемещаться по стране, то пусть напрямую этим людям выплачиваются субсидии на транспортные затраты, а не финансируются коррумпированные монстры госкорпораций, вроде РЖД. А люди уже сами в состоянии решить, как им лучше съездить на отдых – в поезде, самолётом или на авто. Строго говоря, ещё более разумной мерой были бы просто небольшие, но прямые субсидии выделять их получателю на его усмотрение, если Вы считаете, что он в этих субсидиях нуждается. Хотя здесь и важно, например, помнить, что более правильными были бы меры институционального порядка, поощрения благотворительности. Так, чтобы, например, фермер, безвозмездно кормящий бедную многодетную семью, мог получать с подобных благотворительных расходов налоговые вычеты, что было бы куда более эффективной схемой, чем перемещение денег из кармана фермера к чиновникам, с последующей передачей их нуждающимся.

Если выплачивать бюджетные субсидии страждущим всё же нужно, то это разумней делать так или иначе напрямую. Например, нет смысла из бюджета субсидировать школы, университеты, детские сады и больницы. Куда эффективней было бы субсидировать нуждающихся получателей подобных услуг, чтобы человек мог по своему усмотрению приобрести медицинскую страховку и отправить ребёнка в понравившееся учебное заведение. В подобной схеме нет смысла для существования собственно госсектора социальной инфраструктуры, и хотя услуги для нуждающихся в этом (даже если это 90% населения страны), остаются бюджетными, но вариативность и качество этих услуг радикально возрастает. Известно, например, что в США в год на одного ученика казённой школы государство тратит под десять тысяч долларов, тогда как обучение в значительно более качественной частной школе стоит в несколько раз меньше. Куда разумнее было бы из бюджета оплачивать выбор учеников из бедных семей, а не оплачивать эти услуги через тысячи бюрократических посредников и инстанций. Какой смысл государству напрямую содержать нищих озлобленных бюджетников из государственных школ и больниц, когда можно сделать все стороны социальных взаимоотношений богаче и счастливей, не повысив при этом налоговую нагрузку на экономику?  

Другим важнейшим измерением вменяемой социальной политики является её локализация. Местное самоуправление может куда более адекватно оценить, кто в чём нуждается и как лучше помогать людям. Поэтому, зачем нужно платить налоги в федеральный бюджет, чтобы там чиновники решали местные проблемы за тысячи километров от них, попутно растрачивая часть денег на своё содержание - совершенно не понятно.

Строго говоря, вся, или почти вся, социальная политика государства в этом контексте может и должна реализовываться на местах, ведь органы местного самоуправления могут куда лучше понять, как и кому нужно помочь в данном городе или селе. Разумеется, такая передача социальных обязательств, должна сопровождаться соответствующей передачей и статей дохода. Например, нет никаких внятных логических оснований в пользу того, что Налог на Добавленную Стоимость должен носить общенациональный характер. Организация контроля за выдачей чеков и кассовыми аппаратами – это крайне локальная проблема, которую куда качественнее можно организовать на местах, особенно если бы муниципалитеты были прямо в этом заинтересованы.

В этой же сфере – акцизы и налоги с различных сомнительных видов деятельности, вроде продажи алкоголя и табака – контролировать это на местах куда проще, и как следствие, политику в области здорового образа жизни и спорта на эти деньги на местах тоже логичнее реализовывать. В каждом муниципалитете своя специфика, где-то нужен сухой закон, где-то, напротив, максимальные вольности для привлечения туристов. Регулировать всё это из центра - просто безумие. 

Передача подобных социальных функций правительства с сопутствующими им налогами на места – само по себе было бы огромным шагом по улучшению социальной политики в стране и приобретению ею человеческого лица.

В общем-то, к этому простому и исчерпывающему набору реформ в социальной сфере и может сводиться настоящий патернализм и социализм правительства. А уж нужно ли при этом повышать налоги и на сколько % необходимо увеличивать расходы на здравоохранение в этом ключе – вопросы глубоко вторичные и должны носить муниципальный масштаб. При этом, противоречия, как можете убедиться, между свободой и патернализмом, между социализмом и капитализмом, нет совершенно. Попытки перевести дискуссию в эту плоскость – всего лишь засорение темы и в реальности проблема ставится не так, а сводится к:

- передачи федеральных социальных обязательств на места, с соответствующим перемещением туда статей доходов и налоговых функций;

- переходу к прямым субсидиям нуждающимся получателям дотаций в форме денег и/или страховых, образовательных и прочих сертификатов на те или иные субсидируемые услуги у любого их поставщика, получившего соответствующую сертификацию добропорядочности;

- закрытию границ для низкоквалифицированной трудовой миграции;

- внятным и решительным антиинфляционным мерам, вроде введения золотого стандарта национальной валюты;

- количественному и качественному увеличению практики налоговых вычетов на социальные расходы и упрощению деятельности благотворительных организаций (при ужесточении контроля за теми из них, кто получают благотворительные средства, подлежащие налоговым вычетам);

Разумеется, такая схема существенно ограничит возможности федеральных политиков делать голословные обещания и заниматься популизмом, нарабатывая свои политические очки за счёт деградации социальной сферы и подавления частной инициативы в стране. Именно это является основным препятствием для развития подобной, вменяемой модели социального патернализма. Амбиции самопиара и тщеславия – вот реальное препятствие на пути к построению «социализма с человеческим лицом», а никак не рыночная экономика, капитализм и прочие. Никто не хочет урезать собственные полномочия, даже если это жизненно важно для страны и очень полезно для её населения, поэтому постоянно изобретаются неработающие альтернативы подобным шагам. Но рассматривать всё это в рамках некой иллюзорной дихотомии между коллективизмом и индивидуализмом, между социализмом и рынком, между и правым и левым направлениям в политике – очень вредное и порочное заблуждение. Эти пустые дискуссии пора заканчивать и нужно отказать дурочкам, цепляющимся за неэффективные модели перераспределения, в какой-либо интеллектуальной группировке и идеологическом фундаменте. 

Tags: Россия, левые, люди, патернализм, правые, социализм, социальная политика, экономика
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 5 comments